Глава первая: Как закалялась сталь
Jan. 29th, 2007 12:49 amХотелось бы наконец упорядочить свои мысли и мнения, но в мире сплошная неясность и в уме моем тоже. Как выразился в одном стихе мой хороший писатель Уэльбек: la vie est mal connue.
Именно так. Жизнь плохо изучена, крайне плохо. Очень трудно что-нибудь толком понять. Все живут как-то, по каким-то разнокалиберным полуосознанным представлениям, и к тому же хрен разберешь, какие они не то что у другого - у себя самого. Конечно, хватает и крайне самонадеянных людей, уверенных, что именно они продумали и построили те многочисленные велосипеды, на которых разъезжают их четкие мнения - но это вопрос личной психологии, и ясности такая уверенность не прибавляет.
Например. Я хочу понять какими путями демократы в современной России оказались до такой степени по ту стороны добра и зла в глазах большинства. Невозможно все свалить на клевету врагов и уж тем более на тупость масс - очевидно, что эта клевета лезла по уступам и кое-каких истин, а массы по кое-каким причинам оказались крайне склонны воспринять всяческие наветы.
Пока у меня по этому поводу выстроилась такая смысловая цепочка: развал Союза и приватизация оказались на руку в первую очередь крайне продажной молодой советской же элите (все эти бесконечные комсомольские деятели и дети важных патрийцев самым естественным образом оказавшиеся мульти-миллионерами и владельцами основных доходных ресурсов бывшего СССР: батька Ельцин недаром председательствовал на этом пиршестве), а во вторую и совсем не последнюю - всяческой мелкой советсткой буржуазии, особенно столичной, конечно же, которая тоже не осталась без куска хлеба. Также, пользуясь существующими сословными связями и оказавшись на гребне новой идеологии (свобода торговли = свобода слова), не осталась обделенной и анти-советски настроенная интеллигенция: характерно, что многие из этой среды совершенно естественным образом оказались в журналистах и обозревателях, т.е. идеологически обслуживали происходящее, а попутно вовсю пользовались обретенными свободами (свобода печати, рукописи не горят, и все такое прочее). Пока происходил весь этот шабаш перераспределения власти, собственности, и сфер влияния - огромное большинство обыкновенных граждан бывшего СССР стремительно скатывалось в нищету, страх, незащищенность, и потерянность. То, что массу пенсионеров фактически и зараз лишили пенсии, то, что много лет не платили зарплату не имевшим никуда более податься квалифицированным работникам, то, что существенная масса населения оказалась вообще без всяких социальных гарантий и слетела ниже всех уровней социального приличия - все это каким-то непостижимым образом происходило настолько ниже радара "свободного общественного мнения", выражаемого в ведущих изданиях и телепрограммах, что можно было только гадать, как долго такая слепота могла продолжаться. Поэтому все же нисколько не удивительно, что как только дали микрофон голосам, выражающим накипевшее и ищущим виновных, к ним не только прислушались - к ним побежали сломя голову.
Именно так. Жизнь плохо изучена, крайне плохо. Очень трудно что-нибудь толком понять. Все живут как-то, по каким-то разнокалиберным полуосознанным представлениям, и к тому же хрен разберешь, какие они не то что у другого - у себя самого. Конечно, хватает и крайне самонадеянных людей, уверенных, что именно они продумали и построили те многочисленные велосипеды, на которых разъезжают их четкие мнения - но это вопрос личной психологии, и ясности такая уверенность не прибавляет.
Например. Я хочу понять какими путями демократы в современной России оказались до такой степени по ту стороны добра и зла в глазах большинства. Невозможно все свалить на клевету врагов и уж тем более на тупость масс - очевидно, что эта клевета лезла по уступам и кое-каких истин, а массы по кое-каким причинам оказались крайне склонны воспринять всяческие наветы.
Пока у меня по этому поводу выстроилась такая смысловая цепочка: развал Союза и приватизация оказались на руку в первую очередь крайне продажной молодой советской же элите (все эти бесконечные комсомольские деятели и дети важных патрийцев самым естественным образом оказавшиеся мульти-миллионерами и владельцами основных доходных ресурсов бывшего СССР: батька Ельцин недаром председательствовал на этом пиршестве), а во вторую и совсем не последнюю - всяческой мелкой советсткой буржуазии, особенно столичной, конечно же, которая тоже не осталась без куска хлеба. Также, пользуясь существующими сословными связями и оказавшись на гребне новой идеологии (свобода торговли = свобода слова), не осталась обделенной и анти-советски настроенная интеллигенция: характерно, что многие из этой среды совершенно естественным образом оказались в журналистах и обозревателях, т.е. идеологически обслуживали происходящее, а попутно вовсю пользовались обретенными свободами (свобода печати, рукописи не горят, и все такое прочее). Пока происходил весь этот шабаш перераспределения власти, собственности, и сфер влияния - огромное большинство обыкновенных граждан бывшего СССР стремительно скатывалось в нищету, страх, незащищенность, и потерянность. То, что массу пенсионеров фактически и зараз лишили пенсии, то, что много лет не платили зарплату не имевшим никуда более податься квалифицированным работникам, то, что существенная масса населения оказалась вообще без всяких социальных гарантий и слетела ниже всех уровней социального приличия - все это каким-то непостижимым образом происходило настолько ниже радара "свободного общественного мнения", выражаемого в ведущих изданиях и телепрограммах, что можно было только гадать, как долго такая слепота могла продолжаться. Поэтому все же нисколько не удивительно, что как только дали микрофон голосам, выражающим накипевшее и ищущим виновных, к ним не только прислушались - к ним побежали сломя голову.