О геноцидах
May. 23rd, 2008 03:33 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
a_kleber"Геноцид" это слово такое, псевдо-научное, примерно как "суицид". Но оба эти понятия обозначают на самом деле очень старые и привычные человечеству вещи, ничего в них нет ни нового, ни уж тем более "научного". Геноцид - это истребление племени племенем. И ничего больше. Некая племенная общность, в какие бы высокие воротнички она себя не затягивала, банально, как 3 тысячи и 300 лет назад это делалось повсеместно, истребляет некую другую враждебную племенную общность - со всем азартом и зверством, которое в таких случаях человекам присущи. Скандал при этом связан не с тем, что это происходит (это и раньше постоянно происходило, но считалось в порядке вещей), а с тем, что "вот сейчас", "в нашем цивилизованном мире", "при таком высоком уровне развития и сознательности", происходит эта древняя резня, и никакая супер-модерная прогрессивная в жопу цивилизация не может этого сдержать. Вот в чем главный скандал, а не только в том, что людей убили.
Именно в этом заведомо скандальном элементе заключается нынешняя "виктимная сила" тех племен, которые это пережили в т.н. "цивилизованном современном мире". Считаем сюда армянский геноцид (Турция 1915 год), еврейский геноцид (Германия 1942-45), геноцид босниаков (1993-94), геноцид тутси (Руанда, 1994). Сюда же можно частично отнести локальные вспышки во время националистических войн в пост-советских республиках, хотя там систематики было мало.
Не считаем сюда массовое и, что важно, систематическое уничтожение людей по классовым признакам в век коммунистических эксперементов в том же Камбодже, скажем (хотя это тоже часто называют геноцидом т.к. формально очень похожее явление: некая общность истребляет другую общность просто по признаку принадлежности к).
Т.е. что я хочу сказать: при том, что инстинктивно геноцид каждый раз оказывается самым первым и мощным порывом некоей обиженной и собирающейся бороться за какие-то свои права общности, в современном мире это всегда плохо кончается для зачинщика. Ничего кроме многолетнего позора и всенародного отнятия последних прав геноцидники не получали и не получают. Европа (от Германии до Польши и Франции) со всеми своими Гаагами до сих пор не может отмыться от еврейского геноцида, Сербия потеряла вообще какие бы то ни было моральные и исторические права на свои исконные территории, в Руанде более чем когда либо рулят тутси, а турков не хотят признать европейцами и до сих пор попрекают непризнанием событий более чем столетней давности.
Так что в общем разнообразным фашистам и националистам все мастей надо было бы наконец хоть какие-то уроки извлечь, хотя этого конечно не произойдет, ибо тут на первом месте всяческие древние инстинкты, которые с умом принципиально не дружат. Но вот хочу привести пример того, как не надо открещиваться от геноцида и продолжать делать обиженный вид праведника, если уж угораздило в кои-то веки поучаствовать:
"Конечно, за тысячу лет существования бок о бок, с тех пор, как несколько миллионов евреев, спасаясь от погромов, сбежали в средние века из Англии, Франции, Испании, Германии на окраину Европы в далекую Польшу, поляки и евреи обрыдли друг другу и каждая из сторон накопила достаточно ненависти, но чтобы в ХХ веке изливать эту ненависть в разборках, присущих веку XVI?!
Поддержать своего примаса бросился епископ Ломжинский Станислав Стефанек, который заявил, что ни один из епископов и священников вверенной ему епархии не будет участвовать в государственных траурных церемониях, включающих покаяние поляков перед евреями.
Депутаты из Едвабне тоже отказались быть в числе кающихся на печальном юбилее. Бургомистр местечка Кшиштоф Годлевский заявил, что в знак протеста против церемонии покаяния уйдет со своего поста в отставку.
За призрачную ниточку спасения, протянутую кардиналом, сразу же ухватились многие польские историки, публицисты, политики.
«Польское население, за исключением небольшой группы коммунистов в городах и еще меньшей — в деревне, восприняло нападение СССР и создаваемую здесь советскую систему так же, как и немецкое нападение… Еврейское же население, особенно молодежь, массово приветствовало вторгающуюся армию и введение новых порядков, в том числе и с оружием в руках.
Второй вопрос — это сотрудничество с репрессивными органами, прежде всего с НКВД. Сначала этим занимались всяческие «милиции», «красные гвардии», «революционные комитеты»… В городах они почти полностью состояли из польских евреев, польские евреи в гражданском, с красными нарукавными повязками, вооруженные винтовками, широко принимали участие также в арестах и депортациях. Это было страшнее всего, но польскому обществу бросилось в глаза и чрезмерное число евреев во всех советских учреждениях, тем более что до войны тут доминировали поляки!» (профессор-историк Т. Стшембош. «Жечпосполита». 27—28.1.2001).
Президент Квасневский, с ужасом изучавший обстановку вокруг скандала, познакомившись с потоком такого рода заявлений, схватился за голову: «Приезд в Едвабне — величайший вызов за весь мой президентский срок».
Но шляхта закусила удила:
«Президент просит прощения за преступления против евреев, совершенные в Едвабне польскими руками. Должны ли евреи просить прощения у поляков за ГБ и преступления коммунизма в Польше? Такое мнение время от времени высказывается даже в серьезных дискуссиях. Известно, что в верхних эшелонах сталинского аппарата террора доля лиц еврейского происхождения были довольно значительной: мы не ждали, что в связи с этим представители еврейских кругов принесут нам извинения».
Это слова М. Свенцицкого, бывшего мэра Варшавы («Жечпосполита». 2.5.2000), из которых следует, что ежели евреи не извиняются за коммунизм, то и шляхте не пристало извиняться за Едвабну. И президенту — тоже."
Забавно, конечно, что все это пишет довольно-таки махровый русский националист. Но так как речь идет о поляках, то удержаться от ехидства он не может, хотя ведь та же самая аргументация постоянно проводится и т.н. рус-патриотами в отношении евреев. Но есть маленькая разница: поляки все же сорвались в гитлеровский геноцид, а русские обошлись локальными погромчиками. Умнички.
Именно в этом заведомо скандальном элементе заключается нынешняя "виктимная сила" тех племен, которые это пережили в т.н. "цивилизованном современном мире". Считаем сюда армянский геноцид (Турция 1915 год), еврейский геноцид (Германия 1942-45), геноцид босниаков (1993-94), геноцид тутси (Руанда, 1994). Сюда же можно частично отнести локальные вспышки во время националистических войн в пост-советских республиках, хотя там систематики было мало.
Не считаем сюда массовое и, что важно, систематическое уничтожение людей по классовым признакам в век коммунистических эксперементов в том же Камбодже, скажем (хотя это тоже часто называют геноцидом т.к. формально очень похожее явление: некая общность истребляет другую общность просто по признаку принадлежности к).
Т.е. что я хочу сказать: при том, что инстинктивно геноцид каждый раз оказывается самым первым и мощным порывом некоей обиженной и собирающейся бороться за какие-то свои права общности, в современном мире это всегда плохо кончается для зачинщика. Ничего кроме многолетнего позора и всенародного отнятия последних прав геноцидники не получали и не получают. Европа (от Германии до Польши и Франции) со всеми своими Гаагами до сих пор не может отмыться от еврейского геноцида, Сербия потеряла вообще какие бы то ни было моральные и исторические права на свои исконные территории, в Руанде более чем когда либо рулят тутси, а турков не хотят признать европейцами и до сих пор попрекают непризнанием событий более чем столетней давности.
Так что в общем разнообразным фашистам и националистам все мастей надо было бы наконец хоть какие-то уроки извлечь, хотя этого конечно не произойдет, ибо тут на первом месте всяческие древние инстинкты, которые с умом принципиально не дружат. Но вот хочу привести пример того, как не надо открещиваться от геноцида и продолжать делать обиженный вид праведника, если уж угораздило в кои-то веки поучаствовать:
"Конечно, за тысячу лет существования бок о бок, с тех пор, как несколько миллионов евреев, спасаясь от погромов, сбежали в средние века из Англии, Франции, Испании, Германии на окраину Европы в далекую Польшу, поляки и евреи обрыдли друг другу и каждая из сторон накопила достаточно ненависти, но чтобы в ХХ веке изливать эту ненависть в разборках, присущих веку XVI?!
Поддержать своего примаса бросился епископ Ломжинский Станислав Стефанек, который заявил, что ни один из епископов и священников вверенной ему епархии не будет участвовать в государственных траурных церемониях, включающих покаяние поляков перед евреями.
Депутаты из Едвабне тоже отказались быть в числе кающихся на печальном юбилее. Бургомистр местечка Кшиштоф Годлевский заявил, что в знак протеста против церемонии покаяния уйдет со своего поста в отставку.
За призрачную ниточку спасения, протянутую кардиналом, сразу же ухватились многие польские историки, публицисты, политики.
«Польское население, за исключением небольшой группы коммунистов в городах и еще меньшей — в деревне, восприняло нападение СССР и создаваемую здесь советскую систему так же, как и немецкое нападение… Еврейское же население, особенно молодежь, массово приветствовало вторгающуюся армию и введение новых порядков, в том числе и с оружием в руках.
Второй вопрос — это сотрудничество с репрессивными органами, прежде всего с НКВД. Сначала этим занимались всяческие «милиции», «красные гвардии», «революционные комитеты»… В городах они почти полностью состояли из польских евреев, польские евреи в гражданском, с красными нарукавными повязками, вооруженные винтовками, широко принимали участие также в арестах и депортациях. Это было страшнее всего, но польскому обществу бросилось в глаза и чрезмерное число евреев во всех советских учреждениях, тем более что до войны тут доминировали поляки!» (профессор-историк Т. Стшембош. «Жечпосполита». 27—28.1.2001).
Президент Квасневский, с ужасом изучавший обстановку вокруг скандала, познакомившись с потоком такого рода заявлений, схватился за голову: «Приезд в Едвабне — величайший вызов за весь мой президентский срок».
Но шляхта закусила удила:
«Президент просит прощения за преступления против евреев, совершенные в Едвабне польскими руками. Должны ли евреи просить прощения у поляков за ГБ и преступления коммунизма в Польше? Такое мнение время от времени высказывается даже в серьезных дискуссиях. Известно, что в верхних эшелонах сталинского аппарата террора доля лиц еврейского происхождения были довольно значительной: мы не ждали, что в связи с этим представители еврейских кругов принесут нам извинения».
Это слова М. Свенцицкого, бывшего мэра Варшавы («Жечпосполита». 2.5.2000), из которых следует, что ежели евреи не извиняются за коммунизм, то и шляхте не пристало извиняться за Едвабну. И президенту — тоже."
Забавно, конечно, что все это пишет довольно-таки махровый русский националист. Но так как речь идет о поляках, то удержаться от ехидства он не может, хотя ведь та же самая аргументация постоянно проводится и т.н. рус-патриотами в отношении евреев. Но есть маленькая разница: поляки все же сорвались в гитлеровский геноцид, а русские обошлись локальными погромчиками. Умнички.
