Предыдущие цитаты были из дневника от 1930 года. А тут с первых же слов видно: мудрец-Пришвин совсем скурвился, неприятненький такой душок. Но он как бы сам понимает, что в него вошло чужое. И от этого суждения продолжают быть точными.
«Вечером приехали в Загорск, по пути думал: когда пишу, то верю, что так надо, что все по чистой правде пишу. Если бы, однако, приставили ко мне человека, точно измерившего и взвесившего всю правду, и он бы меня поправлял, когда я пишу, то я бы ничего по правде не мог написать.»
Это он про свою сомнительную повесть о визите не Беломорканал.
«Трагическая действительность, которую мы переживаем, не сама собой умудряет, а тем, что вспоминаешь людей из прошлого, которые догадывались о будущем и нас предупреждали о нем.»
До чего ж актуальное чтение.
«Вечером приехали в Загорск, по пути думал: когда пишу, то верю, что так надо, что все по чистой правде пишу. Если бы, однако, приставили ко мне человека, точно измерившего и взвесившего всю правду, и он бы меня поправлял, когда я пишу, то я бы ничего по правде не мог написать.»
Это он про свою сомнительную повесть о визите не Беломорканал.
«Трагическая действительность, которую мы переживаем, не сама собой умудряет, а тем, что вспоминаешь людей из прошлого, которые догадывались о будущем и нас предупреждали о нем.»
До чего ж актуальное чтение.